«Я лег заболевающим, а проснулся больным. Мне вдруг показалось, что осенняя тьма выдавит стекла, вольется в комнату, и я захлебнусь в ней, как в чернилах».
Выходной день – позади, и дух Дома Пашкова, таинственный, подавляющий, прохладный и отрезвляющий, вновь дает о себе знать.
Уходя корнями еще в восемнадцатый век, это здание находило свое место в каждой эпохе. Появившись на свет в качестве семейного особняка, Пашков Дом в будущем побывал и музеем, и Дворянским институтом, и публичной библиотекой СССР.
И все же, рискну предположить, что едва ли не наибольший шарм этому месту придает тот факт, что с ним связаны события, описанные в знаменитом романе Булгакова «Мастер и Маргарита».
«На закате солнца, высоко над городом на каменной террасе одного из самых красивых зданий в Москве, здания, построенного около полутораста лет назад, находились двое: Воланд и Азазелло. Они не были видны снизу, так как их закрывала от ненужных взоров балюстрада с гипсовыми вазами и гипсовыми цветами. Но им город был виден почти до самых краев».
Цитата известнейшая и уже поднадоевшая, но, как вы можете заметить, вовсе не указывает конкретно на Дом Пашкова. Литературоведам пришлось провести целое расследование, чтобы вычислить, где же все-таки находится место, описываемое в этой части романа. В ход пошли мельчайшие детали, вплоть до направления тени шпаги Воланда и неопознанных лачуг, обреченных на снос. Но, объединив усилия с историками-географами российской столицы, разгадка была найдена.
Близкое знакомство с величественным зданием, наблюдающим Кремль, неизбежно накладывает отпечаток. Теперь с легкостью можно согласиться со словами Петра Свидлера, что ГУМ, при всем к нему уважении, с таким местом как Дом Пашкова даже не конкурирует. Неоспоримый шаг вперед с точки зрения организаторов.
Хотелось бы также вызвать легкое чувство зависти у тех, кто так и не побывал пока на Мемориале Таля, имея такую возможность, но отказавшись от нее в пользу видео-трансляции. Во-первых, вы рискуете так и не почувствовать на себе всю роскошь и энергетику здания. Во-вторых, вы так и не воспользуетесь возможностью поучаствовать в живом обсуждении происходящего на досках с десятками единомышленников.
И в-третьих, вы не получите замечательных подарков, которые предусмотрены для гостей турнира.
Список этот с легкостью можно продолжить, но я, как живой свидетель всего происходящего, просто искренне порекомендую вам побывать на «живом» Тале.
Что же касается самих партий и результатов тура, то здесь уже сложно обойтись без улыбки. Снова пять ничьих… И снова каждая по своему сценарию. Как иронично заметил Марк Глуховский после очередного боевика с ничейным исходом, «давно мы не видели интересных ничьих!»
Хотя кривить душой не будем, не все партии тура оказались действительно интересными. Поединок Иванчук – Ананд получился слегка искусственным, будто прошли боевые учения с холостыми патронами. Окружающие ожидали от старейшины Василия Михайловича настоящего боя! И Карлсен,
и Аронян застывали перед его доской, надеясь, что украинский гроссмейстер сможет навязать чемпиону мира игру.
Но борьбы как-то совсем не получилось: разменяв почти все фигуры, соперники оформили пакт о ненападении троекратным повторением.
Впрочем, на пресс-конференции Ананд опроверг предположения, что Иванчук изначально был настроен на ничью и, руководствуясь этим, выбрал спокойный дебют. Виши обратил внимание, что Василий всегда действует с ним по похожей схеме: сначала разыгрывает не самый амбициозный вариант, а потом пытается его оживить. И часто у него это получается. Но не сегодня…
«Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются…»
Сначала казалось, что партия Аронян - Гельфанд посоревнуется с вышеописанным поединком по уровню безликости. Но обладатель белых фигур с некоторого момента начал делать самые точные ходы, наращивая мелкие преимущества, забрался конем на с6 и уже начал подумывать о поиске выигрыша,
как вдруг последовала неточность в виде 25.g3, вместо 25.h3. После чего черные мобилизовались и уравняли позицию, зафиксировав впоследствии ничью уже с позиции силы.
Позже, на пресс-конференции выяснилось, что гроссмейстеры на протяжении всей партии по-разному оценивали позицию. Аронян полагал, что у него чуть ли не решающий перевес, а Гельфанд считал позицию скорее равной. Взвесив все за и против, соперники пришли к компромиссному выводу, что если у белых где-то и был перевес, то в варианте с 25.h3.
Отчитавшись, гроссмейстеры не спешили уходить, с интересом застыв у экрана, где еще транслировались оставшиеся партии.
Все три позиции казались перспективными с точки зрения результативности. Уверенно уравнявший черными Свидлер вскоре заставил Карлсена защищаться. Но норвежец в очередной раз сделал это хорошо: с доски ушли почти все фигуры, а победы так и не нашлось. Скорее наоборот, черным в конце пришлось искать единственные ходы. Знакомый сценарий в этом турнире.
«Еще одну бы такую пешечку… И я бы победил», - подумал Магнус.
Одной пешечки не хватило и Непомнящему, в очередной раз с дебюта бросившемуся во все тяжкие. Карякин, в свою очередь, не отставал – пожертвовал ферзя.
Так на доске образовалась позиция, слабо поддающаяся оценке. Но вот незадача: когда дым развеялся, на горизонте вновь появилась богиня мира Эйрена – и вскоре ничья была оформлена. Коллеги по сборной особенно не расстроились такому исходу.
Очень творчески и раскрепощенно играет в этом турнире Крамник.
А Накамура во всех соревнованиях действует творчески и раскрепощенно.
Поэтому сегодня мы были обречены стать свидетелями их изысканного интеллектуального побоища. И оно состоялось: шахматисты приковали к себе внимание зрителей и не выпускали его вплоть до последнего хода.
Однако… ничья.
Таким образом, за три последних тура ни одной результативной партии. Это уже не ничейный дождь. И не ливень. Это - наводнение.
Товарищи гроссмейстеры, мы всё понимаем, но все-таки не нужно воспринимать реплику Александра Шабалова так дословно…
