«Я лег заболевающим, а проснулся больным. Мне вдруг показалось, что осенняя тьма выдавит стекла, вольется в комнату, и я захлебнусь в ней, как в чернилах». Выходной день – позади, и дух Дома Пашкова, таинственный, подавляющий, прохладный и отрезвляющий, вновь дает о себе знать.